История

Исторические картинки: Фатерлянд на Южном Урале

Неразрывно связана история Уфимского края, Башкирии с судьбами немецкого народа. Выходцы из балтийских немцев (немчины) попадали в наш край ещё в XVII веке. После петровских реформ сотни и сотни немцев жили и трудились здесь.

Мало кто знает, но вообще-то кровавую Пугачёвщину «организовали» два ленивых губернатора: оренбургский Иван Андреевич (Иоганн Генрих) Рейнсдорп (датчанин Johann Heinrich Reinsdorp) и казанский Яков Ларионович фон Брандт. Задумчивые «швабы» никак не верили, что какой-то грязный мужик сумеет организовать серьёзный бунт, бездарно руководили, прятались за спины военных. Брандт умудрился за целый год, пока в соседнем регионе шла кровавая вакханалия, вообще не подготовиться к обороне Казани.

Во второй половине XIX столетия вслед за городскими немцами в край хлынули сельские переселенцы из ближних немецких колоний в Поволжье и с дальней Малороссии. Они в основном осели в Давлекановском и Благоварском районах современной РБ.

Сейчас в 102-м проживает около 50 тысяч немцев. И вклад немецкого народа в процветание нашего края велик, как и в России в целом, от экономики до культуры. Это подтверждают работы любимого художника императора Николая I Франца Крюгера (1797–1857).

Выше картина «Великий князь Александр Николаевич на коне» из собрания Эрмитажа.

На территории современного Благоварского района накануне Первой мировой войны даже возникла единственная чисто немецкая Базилевская волость. Сейчас в районе действует Немецкий историко-культурный центр «Алексеевский» (село Пришиб).

Именно туда в 1913 году отправился журналист либеральной газеты «Уфимский вестник» Афанасий Пясецкий, в номере за 8 февраля 1914 года выпустивший статью «Немецкие колонии Уфимского уезда».

Никто не догадывался, что всего через полгода разразится страшная Мировая война. Первая. Русские и немцы пойдут друг на друга. Современникам та бойня казалась противоестественной, ведь наши страны были самыми близкими экономическими партнёрами, продавцы и покупатели внезапно подрались!

Не говоря об общей истории от императоров-немцев до побед над лягушатниками в 1814 году. И снова Франц Крюгер. «Военный парад в Потсдаме в 1817 году» (Старая и Новая Национальные галереи, Музей Берггрюна, Берлин (Alte und Neue Nationalgalerie, Museum Berggruen, Berlin).

В Потсдам сами съездите, а сейчас мы отправляемся в Уфимский уезд вместе с журналистом на 105 лет назад. Орфография той эпохи с моими вставками-комментариями.

«Целью этой поездки было, – с одной стороны познакомиться с житьём-бытьём того сельского населения, которое здесь принято считать самым “благополучным”, и с другой – выяснить, каким образом немцы справляются с голодовками и прочими невзгодами, от которых хронически страдает местное коренное население».

Заметим, газета либеральная, прокадетская, где журналисты должны непременно разоблачать и критиковать. Читателю сразу задаётся вопрос – а такие уж они, эти «алеманы», благополучные?

«Вот собранные мною на местах факты и цифровые данные.Всех немецких колоний в Уфимском уезде 11.

Образовались они в 1906 г., когда у землевладельца Базилевского Пришибско-Эйгенфельдское немецкое волостное общество, Таврической губернии, на средства из дохода овчарного общеволостного участка купило 14 300 дес. земли».

Казённая десятина = 2400 квадр. саженей = 1,1 гектара. Заметим, тогда слово «колония» воспринималось совершенно обыденно, латышские колонии, немецкие, эстонские. Так называли поселения уроженцев западных губерний Империи. У них существовала хуторская форма расселения, усадьбы не стояли впритык, забор к забору, а располагались на некотором отдалении, но в тоже время компактно. Чужая сторона всё-таки, без соседской поддержки нельзя.

А про Базилевских любители старины на моём сайте должны открыть последнюю электронную мою монографию о помещиках к западу от Уфы. Эти богатейшие предприниматели, миллионщики скупили много дворянских поместий, но в 1895 году умирает Фёдор Иванович Базилевский, наследником становится его брат Виктор Иванович, которому уфимские земли были не нужны, он начинает массовую распродажу и часть владений приобретают немцы-колонисты. Читаем дальше.

«Землю, купленную по 83 р. за десятину, немцы разбили на 12 участков, из которых 11 заселили, а 12-й оставили общеволостным.

С этого последнего, свободного участка они получают доход – в данное время 130 000 р. в год, который предназначается исключительно на покупку земли для подростающего поколения.

Первоначально немецкие колонии входили в состав Новосёловской волости, но с августа месяца 1912 г. они выделены в особую Базилевскую волость.

Всех немецких домохозяев в 1906 году переселилось из Таврической губернии в Уфимский уезд 516.

Многие из них привезли большие деньги до 30 000 р. – и стали здесь вести хозяйство почти так же, как и у себя на родине, в Таврической губернии.

Гордые немцы думали, что человек сам собой, независимо от внешней природы и её тайн, при помощи одной доброй воли, может создать своё конечное благополучие».

Здесь остановимся, чтобы взглянуть ещё на один шедевр Франца Крюгера. «Возвращение с охоты» (1818 год), хранится там же, в Берлине.

Не забыли, что статья вышла в либеральной прессе, критиковавшей наших императоров с небольшой долей русской крови.

«Гордые» немцы, действительно, разрушали левую пропаганду. Перечитайте последний абзац выше. Журналист уверял, что человек сам собой, только своей волей НЕ может создать своё благополучие. Влияет внешняя природа с какими-то тайнами.

Поднаторевший в эзоповом языке читатель той эпохи всё прекрасно понимал. Под внешней природой подавались «объективные» факторы, самодержавие с его игом?! А так что получается, иго не иго, а если трудиться усердно, то будешь хорошо жить независимо от классовой теории Маркса (не совсем немца). Опрятные немецкие колонии намекали, мол, может дело в другом?

«Построили они на немецкий лад дома с конюшнями, завели железные плуги, сеялки, веялки, молотилки и стали сеять пшеницу. По говору колонисты напоминают малороссов».

Покинувшие два века назад родной Фатерлянд российские немцы сохранили говоры, диалекты далёкого XVIII столетия.

Знакомый историк из Нидерландов рассказывал, что пригласил на работу немца из США, эмигранта из Сибири. Когда тот впервые приехал в Амстердам, с удивлением обнаружил, что понимает людей на улице. Мы дома говорили на таком же языке, только считали его немецким, сообщал он голландцу.

«По внешнему виду дома их представляют довольно высокие и длинные строения обмазанные глиной и выбеленные глиной. Жилые помещения находятся под одной кровлей с хлевами и конюшнями.Двойных окон нет. Отопляются дома так же, как и на юге – соломой.

Из бесед с немцами выяснилось, что желанный успех в сельском хозяйстве на новых местах не только сомнителен, но и прямо невозможен.

В течение семи лет большая половина переселившихся немцев, а именно 263 домохозяина продали свою землю и получили, при помощи правительства, наделы за Уралом.

Оставшиеся же в Уфимском уезде 253 домохозяина до крайности задолжены частным лицам в Уфе, Топорнине (совр. Кушнаренково) и Давлеканове.

Началась эта задолженность с 1906 года, когда был плохой урожай.Полный неурожай 1911 года и слабый урожай яровых в 1912 году окончательно подорвали материальное благосостояние немцев.

Даже тот хозяин из 10-й колонии, который привёз в 1906 г. 30 тысяч руб., в настоящее время в самом бедственном положении.

В колонии № 7 имеется земская школа, а в остальных колониях – частные немецкие школы, содержимые на средства общества.

Преподавание на русском и немецком языках. Дети посещают школу до 15-летнего возраста. Мальчики и девочки обучаются совместно. Учителей колонисты избирают из своей среды. Платят им по 350 руб. в год, при готовой квартире с отоплением. Кроме того, каждому учителю даётся 1 дес. земли при школе, для огорода. В колонии № 7, где насчитывается 40 домохозяев, – в земской школе 46 учащихся. В других колониях от 20 до 25 учащихся.

Кредитных товариществ, потребительских обществ нет. Страховых сборов немцы не платят. У них есть своё частное страховое общество, устав которого, однако, не утверждён. Если случится пожар, члены этого общества складываются и выдают необходимое пособие тому, у кого сгорели постройки».

Скороговоркой автор в конце перечислил грамотную организацию местного самоуправления у немцев. А что проблемы были? При переселении за тысячи вёрст ещё бы их не имелось совсем.

Справились немцы-колонисты со всеми трудностями, освоились на новом месте. Смотрим карточки переписи 1917 года из Национального архива РБ по Базилевской волости.

В Базилевке (колония № 7, во время Первой мировой дали русские имена) жил Евгений Яковлевич Зееш (в фамилиях могут быть ошибки, неверно прочитал), засевавший 51 десятину. В Розовке (колония № 1) Валентин Филиппович Боб имел 56,5 дес. посева, а Георгий Михайлович Гумник – 84 дес., в Викторовке (колония № 4) Емануил Христофорович Кригер – 64 дес. посева, в Романовке (№ 10) Генрих Иоганнович Литтих – 63 дес., Иоганн Христианович Гаус – 51 дес., в Ново-Варваровке (№ 9) Матяс Францевич Цезер – 50 дес., в Ново-Никольском (№ 2) Готлиб Михайлович Шейфеле – 120 дес., в Александровке (№ 3) Иаков Карлович Мельдер в 1917 году засеял 62 дес. хлебов.

И так по всей Уфимской губернии, смотрите на моём сайте книги по сельскому хозяйству. Как говорил Андрей Штольц в романе И.А. Гончарова «Обломов»: «Ты сбрось с себя прежде жир, тяжесть тела, тогда отлетит и сон души». Работать надо…

А на прощание «Портрет императрицы Александры Фёдоровны» немецкого мастера Франца Крюгера (Эрмитаж). Супруга императора Николая I, урождённая принцесса Фридерика Луиза Шарлотта Вильгельмина Прусская, нем. Friederike Luise Charlotte Wilhelmine von Preußen. Её сын начнёт Великие реформы.

Михаил Роднов, доктор исторических наук

Приглашаю на сайт «Роднов и его друзья»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *